Одним из основных торговых партнеров Грузии сегодня является КНР и это партнерство расширяется, не только в экономических отношениях, но и в политике, образовании, культуре и многих других направления, сообщает «Civic IDEA». В докладе, опубликованном в 2020 году замечен бурный рост образовательных связей Грузии и Китая за последние десять лет.

С этим также связанно прибытие 27 июля главы грузинского правительства Ираклий Гарибашвили на открытие Всемирных студенческих игр в Чэнду. В ходе своего визита Гарибашвили встретился с премьер-министром Госсовета Китая и самим президентом КНР. В официальном заявлении на сайте правительства Грузии, встреча премьер-министров описывается, как «углубленное обсуждение двусторонних отношений» и «взаимовыгодных международных и региональных вопросов».

Cтартегическое партнерство

Итогом встречи стало установление стратегического партнерства между Грузией и Китаем. Опираясь на официальное заявление правительства Грузии, партнерство предполагает 27 пунктов по четырем направления: политическое, экономическое, межличностно-культурное и международное.

Стоит отметить, что стратегическое партнёрство с КНР также подписали многие страны, в том числе: Палестина, Беларусь, Казахстан, Россия, Египет, Бразилия и ряд европейских стран. Заявление о стратегическом партнерстве КНР и Грузии говорит о том, «что Китай хочет развивать хорошие отношения с Грузией. При этом никаких новых стратегических интересов у Пекина в кавказской республике не появилось», отметил Директор Центра исследований Восточной Азии и ШОС МГИМО Александр Лукин в интервью «Вестнику Кавказа».

Комментарий США

На следующий день после публикации официального объявления о партнерстве Китая и Грузии, Госдеп США сделал заявления. В нем он выразил обеспокоенность возможного пагубного влияния Китая на грузинскую политику.

“Мы ничего не имеем против инвестиций или участия другой страны, включая Китай. Наша обеспокоенность заключается в том, что мы должны убедиться, что эти мероприятия осуществляются прозрачно и в соответствии с верховенством закона, при устойчивом финансировании и уважении автономии получателей помощи, чтобы не было никаких политических оговорок”, — заявил Госдеп США.

Департамент также добавил, что «Китайская Народная Республика часто в обмен на дипломатическое признание дает обещания, которые в конечном счете остаются невыполненными».

Позиции грузинских партий

Председатель правящей партии Иракли Кобаходзе отметил важность заключения договорённостей с КНР.

«Это был самый важнейший визит премьер-министра, а установление стратегического партнерства с Китаем — одно из важнейших внешнеполитических достижений Ираклия Гарибашвили…»

– заявил Кобахидзе.

Также в своём комментарии председатель партии ответил на комментарий Госдепа США, заявив о прозрачности всех дальнейших шагов, а также подчеркнул, что США могут выразить свою заботу по отношению к сохранности порта Анкалия в виде инвестиций в него.

«Я не знаю, что означает заявление Госдепартамента о том, что партнерство с Китаем мешает Грузии на пути евроинтеграции. Главное, что стратегическое партнерство с Китаем будет способствовать реализации наших государственных интересов»

– сообщил глава «Грузинской мечты».

Депутат парламента Роман Гоциридзе выразил свое опасение в отношении той формы сотрудничества с КНР, которую выбрала Грузия

«В содержание стратегического партнерства Китай вкладывает очень много разного содержания, и оно не похоже на то, что вкладывается, например, с Соединенными Штатами Америки. Практически каждая вторая страна ЕС подписала подобное соглашение с Китаем, включая Украину. Поэтому углубление торгово-экономических отношений с Китаем — это хорошо, но в этом случае мы должны быть осторожны в отношении таких инвестиции, которые уже отвечают общим интересам с нашими западными странами-стратегическими партнерами»

– сообщил Гоциридзе.

Особенности китайской политики

Подписанное соглашение имеет множество пунктов, требующих пояснения со стороны представителей властей. Член «Группы реформ» парламентской политической группы Теоны Акубардия  в своем комментарии подняла вопрос выхода такого типа сотрудничества за рамки как внешнеполитической стратегии, так и внешнеполитической резолюции парламента.

Вопросы вызвал в том числе первый пункт раздела “политические измерения”. Сформулирован он так: ” Стороны подтверждают уважение суверенитета, независимости и территориальной целостности всех стран. Грузия твердо поддерживает принцип единого Китая.” В этом пункте Грузия признает целостность “единого Китая”, однако в нем не упоминается о признании Китаем суверенитета Грузии.

Отдельного внимания заслуживает пункт в соглашении, о «укреплении взаимоотношений и сотрудничества между законодательными органами двух стран». Если сравнить политику Китая с политикой Грузии, возникает вопрос о том, в каких областях законодательной системы будет производиться сотрудничество.

 «Freedom House» , и «Репортеры без границ», на которые в своем исследовании опирается «Civic IDEA», подчеркивали в своих работах о системе СМИ Китая, «что президент Си Цзиньпин возродил медиа культуру маоистской эпохи, которая рассматривает доступ к информации как преступление, а предоставление информации за пределы страны – еще более серьезное преступлением».

Президент Грузии Саломе Зурабишвили, в свою очередь, отмечает важность выполнения 12 шагов вступления в ЕС, среди которых также присутствует пункт о свободе СМИ. Остальные 11 шагов также несут демократический характер, направленный на европеизацию страны.

Таким образом, стратегическое партнёрство с Китаем, дает Грузии серьезные торгово-экономические возможности, по словам грузинских политиков, однако оставляет много вопросов, ответы на которые пока не даны.

Автор: Филипп Церетели-Кабанов

Фото: Правительство Грузии

Tags: Грузия, Китай