Прослушать статью ?

27 сентября исполняется год с начала последней масштабной эскалации нагорно-карабахского конфликта, которая длилась 44 дня и, по официальным данным, принесла значительные человеческие потери противоборствующим сторонам: Армении — 2974, Азербайджану — 996. Военный конфликт завершился 10 ноября 2020 года соглашением о прекращении огня, пункты которого неоднократно подвергались критике, особенно со стороны Армении, за то, что считались несправедливыми. К сожалению, это чревато возобновлением конфликта.

Недавняя эскалация Нагорно-Карабахского конфликта, выявившая слабость механизмов мирного урегулирования, и новая геополитическая реальность после войны, очевидно, коснулись и Грузии.

В осенне-зимний период 2020 года параллельно с военно-политическими процессами в регионе был задействован ряд инструментов, характерных для гибридной войны, в том числе, конечно, насыщенное дезинформацией информационное поле.

Мишенью ложной информации была Грузия в целом, а в частности, регионы страны, густо населенные этническими меньшинствами, которые по объективным причинам, наряду с геополитикой также были эмоционально связаны с этим конфликтом. Речь идет о регионах Самцхе-Джавахети, населенным этнически армянскими грузинскими гражданами, и Квемо Картли, где проживают этнически азербайджанские граждане Грузии.

Дезинформация, будто Грузия содействовала доставке военной техники определенной стороне в нагорно-карабахском конфликте, или будто в поддержку Азербайджана «мост мира» в Тбилиси был освещен в цветах азербайджанского флага, была направлена ​​на разжигание межнациональной розни и ненависти. Однако, параллельно с распространением ложных новостей на фоне войны, распространялись важные мирные послания общественными организациями или отдельными лицами в Грузии.

27-летний Тигран Тарзиани живет в муниципалитете Ниноцминда, регион Джавахети. Он получил образование в грузинском высшем учебном заведении. В студенческие годы он был вовлечен в процесс создания общественной организации, с помощью которой сегодня в Ниноцминда он больше и понятнее общается с людьми по поводу демократии.

Под влиянием многих факторов на него активно повлияли события в Карабахе. Он слышал ложную информацию, язык вражды и пытался публично заявить о своей гражданской позиции.

«Мы — азербайджанская и армянская молодежь Грузии, которая получает образование в школах, университетах или на тренингах, заводит друзей и сотрудничает с людьми. Мы хорошо понимаем, что наше государство — Грузия — многонациональная и многокультурная страна, где солидарность и поддержка выходят за рамки этнических и религиозных рамок. Мы призываем наших сограждан не следовать провокациям, сохранять спокойствие и любить всех».

Каковы настроения в регионе спустя год после начала карабахской войны? На вопрос отвечает молодой активист, который при этом часть времени живет в горах и сезонно пасет овец. Интернет-соединение слабое, поэтому мы получили письменный ответ.

«Это очень сложный вопрос. Сегодня местное население более активно обсуждает внутриполитическую ситуацию в Армении. Говоря о настроениях, я хотел бы отметить, что здесь большую роль играет историческая память, которая, в свою очередь, манипулятивно используется различными сторонами для распространения вредоносного контента, который оказывает дополнительное влияние на настроения.

Могу сказать, что отношения между молодыми людьми, живущими в Грузии, действительно хорошие. Каждый гражданин / молодой человек Грузии должен понимать, что Грузия — его / ее родина, и на их отношения никак не должна отражаться дезинформация».

Рабилю Азаду Исмаилову 24 года. Он из региона Квемо Картли, Болниси. Как и Тигран, он получил высшее образование в Грузии. Он уже несколько лет является гражданским активистом и использует различные платформы для распространения мирных, демократических идей. Сейчас он активно участвует в кампании «Верни мне мою фамилию», которая направлена ​​на то, чтобы освободить фамилии от унаследованных от Советского Союза окончаний.

Он говорит, что 30-летняя история конфликтов в регионе подпитывает подстрекательство к сепаратизму за счет преднамеренного манипулятивного содержания.

«Это был очень сложный период, ложная информация по-прежнему влияла на общественное мнение. Связь между сообществами была ограниченной и напряженной. Дезинформация все еще присутствует сегодня, потому что конфликт в Карабахе на самом деле продолжается, и мы все еще слышим новости о новых жертвах. Однако через год можно сказать, что отношения между обычными гражданами все такие же хорошие, как и до войны.

Я верю, что продвижение естественно-дружественного сосуществования и сотрудничества между сообществами и участие в совместной деятельности будет и дальше укрепляться. В мире есть успешные практики миростроительства, и неплохо было бы внедрить их и в Грузии».

Возобновление эскалации конфликта, признаки которого легко читаются, зависит от многих факторов, особенно когда инструменты гибридной войны используются эффективно и последствия распространения дезинформации поддаются измерению.

Не существует готового и уникального рецепта того, как преодолеть влияние дезинформации и инструментов ненависти на общество. Всегда следует учитывать историческую память, контекст, региональные проблемы, источник опасности, общественные привычки и т.д. По мнению экспертов, занимающихся дезинформацией в нашем регионе, повышение уровня грамотности граждан имеет решающее значение для снижения уровня дезинформации. Процесс сложен, и эксперты в этой области часто указывают на задержку реагирования и отсутствие активных действий.

Давит Дзидзишвили, исследователь гибридных войн, выделяет три фактора, которые обуславливают дезинформационный фон в Грузии:

В целом дезинформационный фон в Грузии достаточно сильный, что обусловлено несколькими факторами. Выделю три из них: 1. Медиаграмотность в различных сферах общественной жизни в Грузии еще не интегрирована. 2. Высокая степень радикализации страны, в которой этому процессу подвергается все: начиная с того, кому какое мороженое нравится и заканчивая тем, кто за какую политическую партию голосует. Радикальные силы используют дезинформацию как средство борьбы друг с другом. Это очень серьезная проблема, потому что основным источником дезинформации в нашей стране является Россия, однако различные политические силы, в том числе правящая партия, что очень плохо, тоже очень хорошо используют методы дезинформации. 3. Мы — общество, которое верит в теории заговора. Большинство людей не могут прийти к общему мнению по ряду вопросов. Когда что-то случается, мы предпочитаем искать виновных в теориях заговора. Мы достаточно уязвимая группа для людей, которые занимаются дезинформацией в стране.

Эксперт говорит о важности борьбы с дезинформацией в регионах, густо населенных этническими меньшинствами:

Если мы рассмотрим эти три фактора вместе, то обнаружим, что то, что происходит в этом направлении, очень важно в регионах, где нет доступа к грузинскому языку. В целом государству сложно быть достаточно представительным в этих регионах, потому что у него нет желания быть более активным в регионах с этническими меньшинствами. Поэтому уровень дезинформации в таких регионах особенно высок. Эти цифры дополнительно подкрепляются тем фактом, что жители таких регионов используют русскоязычные или родные ресурсы в качестве источника информации. Кроме того, они получают информацию из т.н. «местного пузыря новостей», который опять же из-за языкового барьера менее доступен для людей, работающих в сфере борьбы с дезинформацией.

Что нам делать, чтобы победить дезинформацию? Давит Дзидзишвили отмечает, что невозможно победить дезинформацию без общенационального согласия. Также он называет абсурдным тот факт, что общественному сектору приходится бороться против правительственных троллей и ботов в области дезинформационных войн:

Сначала мы должны понять, что невозможно победить дезинформацию без общей национальной координации, то есть мы все должны стремиться победить дезинформацию, иначе она все равно где-то останется. И второе: очень важно, чтобы в процессе борьбы с дезинформацией само правительство не являлось распространителем дезинформации, чего, к сожалению, в нашей стране часто не происходит. По этому поводу были опубликованы многочисленные исследования, предполагающие, что правительство связано с различными группами, распространяющими в т.ч. и антизападные нарративы.

Фактически, на данный момент у нас нет подразделения, отвечающего за борьбу с дезинформацией в Грузии. Да, тот же СГБ или МВД публикуют отчеты о гибридной войне и дезинформации. В этом направлении работает та же Национальная комиссия по коммуникациям. Однако давайте скажем честно: все, что делается в этом направлении в государственном секторе, примерно тоже самое, что и в негосударственном секторе, и связь между этими двумя секторами очень низкая. Координация действий — одна из основных задач в этом направлении. Одна из существующих организаций должна взять на себя ответственность за борьбу с дезинформацией, тогда уже необходимо будет сформулировать единую стратегию, в рамках которой мы все будем действовать. В гражданском секторе есть желание бороться с дезинформацией вместе с государственным сектором, просто иногда происходит все с точностью до наоборот, и нам приходится бороться против правительственных троллей и ботов, что совершенно абсурдно.

Авторы: Нина Хеладзе, Цотне Курашвили